Генерала Шкуро хотели повесить еще в Гражданскую. Но казнь состоялась позже

В России годами спорят об объединяющих началах, которые могли бы сблизить людей с разным мировоззрением. Антон Деникин, Петр Врангель и Семен Буденный были непримиримыми противниками, однако их объединяла общая антипатия к человеку, ставшему широко известным в годы Гражданской войны — Андрею Григорьевичу Шкуро.

Сын Шкуры

Удивительным образом и красные, и белые сходились в одном: Шкуро заслуживает виселицы. Уж больно далеко уходили его личные идеи от спора о будущем России.

Согласно его собственным утверждениям, он появился на свет 19 января 1886 года в станице Пашковской под Екатеринодаром, в семье подъесаула Григория Шкуры. И хотя позже Андрей несколько видоизменил фамилию, и соратники, и противники сходились в том, что изначальный вариант ему подходил великолепно.

До Первой Мировой войны о Шкуро мало кто знал. Но с первых же боев на фронте он поставил командование в сложное положение. Дрался Шкуро храбро, рисковал порой на грани здравого смысла и выходил победителем. Но дисциплины он не признавал, а еще был, если говорить дипломатично, охоч до трофеев.

Рейдовая «вольница»

Шкуро сумел добиться права на формирование отряда для диверсий в тылу противника. Во время этих рейдов ему никто не мог ничего запретить, и действовал он по своему разумению.

В «вольницу» Шкуро потянулись все, кто не любил подчиняться строгим уставам. Когда его отряд возвращался из рейда, бойцы предавались пьянству, нередко вступали в стычки со старшими по званию. В итоге руководство посчитало за лучше отправить Шкуро на менее значимый Кавказский фронт, где его кипучая натура не так бросалась в глаза.

В революционном 1917-м его едва не убили в пьяной драке. Оправившись, Шкуро, примкнул к белым, и на фронтах Гражданской пережил свою «минуту славы».

Универсальный грабитель

Рейды Шкуро разрушали тылы Красной Армии, он выступал в роли важнейшей ударной силы белых. Но он же хоронил остатки уважения к «рыцарям борьбы с большевизмо»«.

Видный активист Белого движения Василий Шульгин вспоминал: «О Шкуро все, не исключая самого Деникина, открыто говорили, что он награбил несметное количество денег и драгоценных вещей, во всех городах накупил себе домов; расточительность его, с пьянством и дебоширством, перешла все границы».

Ему было всё равно, кого грабить. Боевики Шкуро, проходя по красным тылам, разоряли церкви, забирали имущество даже у тех, кто ждал их как освободителей.

Вот это кино...

Когда в 1919-м конница Шкуро потерпела поражение в схватке с кавалеристам Буденного, произошло то, что и должно было — погрязшие в мародерстве бойцы, не проявив стойкости, попросту начали разбегаться. Их интересовала только возможность сохранить ранее награбленное.

Сменивший Деникина Врангель первым делом уволил Шкуро из армии, после чего тот уехал за рубеж. Там он зарабатывал конными трюками в цирке, а также участием в киномассовке.

Последняя глупость

Может, он закончил бы свои дни мирно, но в 1941 году, после нападения гитлеровцев на СССР, Шкуро сам предложил нацистам помощь. Поначалу к нему отнеслись скептически, но он добился должности начальника Резерва казачьих войск при Главном штабе войск СС.

Откровенно говоря, репутация Шкуро исключала возможность привлечения хотя бы мало-мальски приличных людей. К нему шли законченные уголовники и изуверы, не гнушавшиеся ничем.

Сам он мечтал о новых больших рейдах по тылам красным, но нацистам уже было не до фантазий Шкуро.

Он попал на территорию, контролируемую союзниками, и рассчитывал там укрыться. Шкуро упирал на то, что за подвиги в годы Гражданской войны получил орден от британского монарха.

Но англичане посчитали, что толку от него уже не будет, и выдали генерала Советскому Союзу.

Сколько веревочке не виться...

Говорят, что на допросах Шкуро, которому было под 60, старался держаться бодро. Он сам, в общем-то, лучше других знал, какого приговора заслуживал.

В истории есть много людей, заслуживающих виселицы, но заканчивающих жизнь в славе и почете. Но в случае с Андреем Шкуро всё случилось так, как должно было по соображениям высшей справедливости. Повешение убийцы, мародера и гитлеровского пособника вызвало единодушие у обеих сторон разделенной России.