Пикассо и Матисс: работы «заклятых друзей» выставили в Третьяковке на время отсутствия Шагала

Все знают, что Матисс и Пикассо ненавидели друг друга. Пикассо кидал дротики в портрет дочери Матисса. Тот называл картины Пикассо образцом дурновкусия... «Были друзьями, но были врагами», — корректно выразилась о высоких-превысоких отношениях Гертруда Стайн. (Именно эта женщина их и познакомила.) Спорили два художника не за грош, а за бессмертие: они соревновались за звание первого и лучшего.

Анри Матисс. «Красные рыбы (Золотые рыбки)». 1912. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Про Пикассо и Матисса проводилось, по меньшей мере, миллион выставок. Из самого интересного вспоминается экспозиция в Русском музее в 2021 году, где сравнивалась графика двух мастеров. И вот очередную попытку предприняла Третьяковка. От фокус-выставки «Матисс и Пикассо. Цвет и форма», открывшейся 16 февраля, не стоит ожидать открытий. Появлением обязана Шагалу, вернее, его отсутствию. Пока из монографического, девятого зала, Шагал «ушагал» в гости на выставку в ГМИИ, освободившееся пространство отдали под Пикассо-Матисса. Картин всего пятнадцать. К работам, хранящимся в Третьяковке, добавили шедевры из ГМИИ, среди которых «Девочка на шаре» Пикассо и так любимые зрителями «Красные рыбы» Матисса.

Пабло Пикассо. «Девочка на шаре». 1905. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Два мужика с противоположными характерами

Они познакомились в 1906 году. Матиссу уже под сорок, Пикассо моложе на десять лет, но в творческом плане они были ровесниками, ведь Матисс не занимался живописью с детства, как «андалузский гений» — Пикассо. Он шокировал своего отца, когда вопреки воле родителя бросил юридический и взялся за кисти.

Пикассо и Матисс отличались даже внешне. Бородатый Матисс был аккуратистом, воспитывал троих детей, прекрасно общался, любил джаз, носил твидовые костюмчики и любил все сущее. Пикассо, в отличие от коллеги, предпочитал помалкивать на своем скудном французском (родился-то он в Испании), а ко внешности относился возмутительно. На старости лет совсем опростился, разгуливал в семейных трусах и в эдаком виде встречал вип-гостей своей мастерской.

Говорят, работы Матисса могут показаться скучными, потому что Анри изображал радость. «Я мечтаю об искусстве подобно удобному креслу», — писал он в «Заметках живописца».

Потом это «удобное кресло» припоминали ему на каждом шагу, в том числе, и на нынешней выставке, представив работу «Арумы, ирисы и мимоза», где помимо цветов на синей скатерти, фигурирует еще пляжный шезлонг.

Анри Матисс. «Арумы, ирисы и мимоза (Голубая ваза с цветами на синей скатерти)». 1913. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Пикассо ни о каком удобном кресле и не мечтал и никогда никому хорошо не делал, кроме себя, конечно.

— Да вы как кошка, Пикассо! — то ли возмутился, то ли восхитился Матисс. — Как бы ни прыгнули, всегда приземлитесь на четыре лапы.

Это сравнение испанцу понравилось, поэтому он сказал: «Да, да! Потому что у меня очень развито чувство равновесии и композиции. Что бы я ни затеял как живописец, а шею себе не сверну».

Щукин платил за все

Большая часть работ происходит из коллекции Сергея Щукина. Меценат стал покупать работы двух «врагов», когда их еще никто не брал и художники терпели нужду.

— Полотна Матисса он вообще просто выхватывал, можно сказать, сырыми и из-под руки! Матисс даже иногда не успевал их дописать, — рассказала замдиректора Третьяковки Татьяна Юденкова.

Но зато Щукин, подобно Ланнистерам из «Игры Престолов», платил за все. Даже когда самим авторам казалось, что их каля-маля ничего не стоит и они умоляли забрать шедевры безвозмездно, то есть, даром.

Пабло Пикассо. «Дама с веером». 1909. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Чем-то вроде каля-маля показалась общественности первая революционная картина Матисса «Женщина в шляпе» (1905). На выставке она не представлена, но сказать о ней крайне необходимо.

— Какая отвратительная рожа, — говорили критики, сами даже не зная, что цитируют фильм «Джентельмены удачи».

Художник запечатлел любимую супругу Амели с зеленым носом, маленькой головкой, а платье (в оригинале черное) расписал всеми цветами радуги. На вопрос, хотел бы он встретиться с такой теткой в реальности, художник ответил честно, что, мол, нет, я бы от такой убежал.

«Женщина в шляпе» положила начало битве титанов.

Пикассо, который в ту пору только искал свой путь, картину посмотрел, поругал и сделал вывод: «Надо удивлять сильнее».

Африканские маски и пляски

Однажды Пикассо побывал в одном совершено замшелом парижском музее и увидел африканские маски, покрытые толстым слоем пылюки. Невзирая на такое себе экспонирования, художник пришел в восторг. Его вдохновили примитивные мастера и особенно — то, что они сначала изготавливают свои арт-объекты, а потом вдруг начинают их же бояться.

«Живопись — это тоже форма магии!» — вдруг осенило художника.

Потом Пикассо повторял во всех интервью, что с тех самых пор нашел свой путь в живописи. Магия искусства стала его защитой от враждебной вселенной и способом постижения свободы.

Пабло Пикассо. «Скрипка». 1912. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Безоговорочно в магию искусства от Пикассо верили не все.

Художник Суриков, глядя на картины, недоумевал, мол, а что тут провокационного? Каждый художник, в принципе, делает ровно то же самое: раскладывает объекты на примитивные геометрические фигуры и не считатется при этом никаким магом и кубистом.

Но все равно публика (особенно русская) к мистике отнеслась серьезно и действительно считала Пикассо немножко колдуном.

Аукающиеся осколки разбитого зеркала

Пожалуй, самую яркую метафору того, что творилось в искусстве в ХХ веке дал искуствовед Андрей Дежуров. Мол, искусство привыкли сравнивать зеркало. Но представьте, что в XIX веке зеркало рухнуло и разлетелось на тысячи осколков... Целиком разбитое зеркало именовалось модернизмом. А отдельные его осколки стали называться даже не терминами, а ругательствами. В итоге, Матисс стал осколком под называнием «фовизм», то есть «дикий», а Пикассо — осколком «кубизм».

Анри Матисс. «Вид из окна. Танжер». 1912. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Матисс экспериментировал с цветом. Пикассо будоражил формой. Но, что интересно, эти разбитые кусочки не только криво и косо отражали мир, но еще и перекликались друг с другом, создавая бесконечный коридор отражений.

Оценить этот коридор можно не только на примере Матисса и Пикассо, но и других авангардистов.

Девятый зал расположен так, что дойти до него можно, миновав экспозицию с русскими авангардистами. И уж там можно оценить, как перекликаются с работами Пикассо картины нашего Лентулова, и как аукается «Комната в Испании» Кончаловского с ранним Матиссом.

Пространство будет принадлежать Пикассо и Матиссу до 31 мая, после чего в него вернется Шагал.

Пикассо и Матисс. Интересные моменты

«Щукин один во всей России любил Матисса так, как будто вся Россия любила Матисса», — шутит искусствовед Андрей Дежуров.

Щукин был одержим Матиссом так, что скупал все, что мог добыть. В свою очередь коллекционер Морозов поступал более вдумчиво и разборчиво. Если у Щукина в коллекции аж 51 картина примерно одного периода, то у Морозова — всего четыре, зато каждая из них принадлежит определенному периоду.

Анри Матисс. «Настурции». Панно «Танец». 1912. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Оценить приобретение нашего мецената и русская публика смогла не сразу. Например, фукал и плевался художник Илья Остроухов: «Видел я работы Матисса. Это ужасно», — ругался он.

Сам Анри Матисс был русофилом. Он приезжал в Москву в 1911 году, был потрясен иконами, называл Москву городом фовизма. Когда Анри пришел в гости к Щукину, то удивился тому, что меценат почему-то водит его в дом с черной лестницы. Причина открылась быстро. Щукин страшно боялся, что художник заметит его «вандализм» на парадном входе. Ведь русский купец лично закрасил гениталии мужчин на панно, которое вывесил в парадном, «чтобы не смущать зрителю».

Вопреки ожиданиям, Анри нисколько не обиделся и только посмеялся.

«Отношения Матисса и Пикассо отражают всю историю современного искусства», — шутят искусствоведы. Два художника не просто противостояли: они давали друг другу волшебный пендель и заставляли оппонента шевелиться активнее. Когда в 1954 году Матисс умер. Пикассо написал серию работ его памяти.

«Никто не изучал живопись Матисса так тщательно, как я», — говорил Пикассо.

В свою очередь Матисс, пока был жив, констатировал: «Есть только один человек, который имеет право меня критиковать. Это — Пикассо».

Когда Пикассо увлекся масками, он начал активно покупать эти изделия. Нечистый на руку поставщик продавал худонику то, что можно было стащить из запасников Лувра, о чем Пикассо не догадывался. Когда в 1911 году из музея пропала «Мона Лиза», именно Пикассо попал под подозрение и даже просидел какое-то время за решеткой...

Анри Матисс. «Зора на террасе». 1912. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи

Знакомство с европейской живописью в нашей стране закончилось с Октябрьской революцией. «После того как были реквизированы собрания картин Щукиных и Морозовых, поступления зарубежного искусства практически прекратились. С тех пор мы охотнее раздавали шедевры мировой живописи», — говорит Дежуров. По словам искусствоведа, в 1920-х годах из одного только Эрмитажа были выставлены к продаже более двух тысяч экспонатов. «При этом руководство привлекало экспертов, те говорили, какие картины нельзя продавать и именно это выставляли на аукцион», — отмечает искусствовед. В итоге своими ценами и обилием сокровищ мы обрушили все антикварные рынки.

После революции искусствовед Щукин остался хранителем и искусствоведом при собственном собрании, пока не эмигрировал в Париж. Но и на расстоянии он продолжал любить свою коллекцию и пресекал любые разговоры о возвращении ее назад.

«Так кто же победил, Пикассо или Матисс в дуэли той?» — так, перефразируя Беллу Ахмадулину, хочется спросить об итогах битвы двух художников.

Вопрос спорный, но большинство искусствоведов склоняется к мнению, что все-таки Пикассо. Испанца Пабло среднестатистический зритель знает куда лучше, чем истинного француза Анри Матисса.

Фото: Александр Авилов/АГН «Москва»

Фото вверху: Анри Матисс. «Мастерская художника (Розовая мастерская)». 1911. Фото предоставлено пресс-службой Третьяковской галереи