В Европе подорожает всё. Как удар по Катару отразится на России и мире

Спецпосланник президента России Кирилл Дмитриев предрёк катастрофу для Евросоюза и проблемы для мира после атаки Ирана на завод СПГ в Катаре. Эксперт Финансового университета при правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков объяснил aif.ru, как пожар в Рас-Лаффане отразится на Европе, Азии и России.

Сухие факты

Об остановке завода по производству СПГ сообщила компания Qatar Energy. Китайские спутниковые снимки показывают, что полыхает там знатно: не менее 9 очагов возгорания, густые клубы дыма, воронки.

Завод в Рас-Лаффане — крупнейший в мире, около 20 % мировых поставок СПГ приходилось на него. Главные покупатели — Китай, Индия и Пакистан, среди европейцев катарский газ брали в Италии, она занимает 7-е место среди импортёров.

Согласно отчёту Евросовета, в 2025 году доля катарского газа в Европе составила 3,8 %. Чуть больше поставляет Азербайджан — 4 %. Доля российского газа — трубопроводного и СПГ составила 13,1 %. Это третья позиция среди поставщиков в ЕС. В минувшем январе евробюрократы приняли решение о запрете покупке российского газа к 2027 году. Основные поставщики газа в Евросоюз — это Норвегия (31,1 %) и США (25,4 %). До начала СВО доля российского газа в Европе составляла 40 %.

Наибольшая часть газа в Европе уходит на генерацию электроэнергии и тепла (31,1 %). Четверть газа использует промышленность, чуть меньше — 24,5 % — приходится на частные домовладения. Таким образом, повышение цен на газ автоматически ведёт к подорожанию продукции и услуг ЖКХ.

Кроме того, последние 20 лет цены на сельхозпродукцию в мире довольно точно коррелируют с ценами на энергоносители, поэтому аналитики ожидают резкого роста цен на продукты.

Время расплаты Европы

Кирилл Дмитриев в заблокированной в России социальной сети назвал последствия от удара по Рас-Лаффану «катастрофичными для ЕС», хотя доля катарского газа в энергетической структуре ЕС сравнительно невелика. Тем не менее, по словам Юшкова, европейцы на своей шкуре почувствуют последствия удара по Катару, причём они сами сделали всё, чтобы эти последствия были как можно более болезненными.

«Цены на газ на европейском и азиатских рынках взаимосвязаны, они как система сообщающихся сосудов. В Азии, допустим, дефицит из-за того, что катарский СПГ не пришёл, они начинают поднимать цены, чтобы другой какой-то поставщик СПГ пришёл к ним, а не в Европу. Соответственно, европейцам тоже приходится поднимать цены, чтобы этот СПГ удержать. Поэтому там цены примерно одинаковые.

К тому же в Европе была довольно морозная зима, они очень много достали газа из подземных хранилищ, остатки заполненности подземных хранилищ сейчас порядка 28 %. Им нужно довольно быстро и много покупать газа для того, чтобы закачать к следующему отопительному сезону. Так они ещё и сами себе запретили импорт российского СПГ по краткосрочным контрактам с 25 апреля, а по долгосрочным — с 1 января 2027. Это значит, что им нужно закачать газа ещё больше, фактически заполнить хранилища, чтобы газ из них компенсировал отсутствие российского СПГ в начале 2027 года. Возможно, Россия досрочно сама запретит поставки СПГ в Евросоюз и создаст дополнительный дефицит на европейском рынке.

Ситуация сложная. Логично, что Дмитриев говорит, что там катастрофа. Он публичный человек, он таким образом подталкивает цены на углеводороды ещё выше на биржах. Трейдеры начинают заранее скупать фьючерсы, чтобы потом заработать на этом. И от того, что они это делают, цены растут уже сейчас. То есть неважно, покупал ты газ из Катара, Азербайджана или Алжира — он весь становится дороже. Поэтому в основном проблема Европы именно ценовая, а не то, что там физически нет сейчас газа. Все страны ЕС пострадают, потому что биржевая цена поднялась. При этом сам Евросоюз настаивал годами на том, чтобы долгосрочные контракты были привязаны к ценам на рынке, чтобы уйти от нефтяной индексации к привязке цен по долгосрочным контрактам к котировкам на бирже. Они рассчитывали, что всегда будет рынок покупателя, предложение будет превышать спрос и они будут выбирать, у кого покупать, а сейчас продавец устанавливает правила», — объяснил эксперт.

Азия выедет на угле

Основными покупателями катарского СПГ были азиатские страны, однако Юшков объяснил, что они при этом пострадают меньше европейцев.

«Во-первых, они постараются перепокупать как бы тот СПГ, который идёт на другие рынки, повышая цены. СПГ — он всегда такой мобильный, идёт буквально на запах денег. Выиграет тот, у кого больше денег. Бедные страны первыми сдадутся, но тут есть нюанс. В какой-то момент Пакистан, Индия и даже Китай просто перейдут на уголь. А в Европе ситуация хуже, потому что у них ещё ограничение на потребления угля и плата за выбросы. А азиатские страны просто увеличат потребление угля вместо газа», — рассказал эксперт.

Удар по мировой экономике

Тем не менее атаку на Катар заметят во всём мире: цены начнут расти на все энергоносители.

«Чем дороже газ, тем дороже энергия и нефть, потому что следом за ценами на газ поднимется и цена на уголь именно потому, что уголь является естественным заменителем газа. Азиатские страны будут переключаться на него, цены на уголь пойдут вверх, как это было в 2021-2022 годах. Когда энергия дорогая, повышается себестоимость товаров, это раскручивает инфляцию. С инфляцией все борются примерно одинаково, повышая ставки центральных банков. Кредиты становятся дорогими для всех. Соответственно, экономика замедляется. Это глобальная плохая история. Для России выгодна высокая цена, но не сверхвысокая. Условно говоря, по нефти, скорее ниже 110 $ за баррель, потому что это не приводит к снижению объёмов потребления, но при этом мы хорошо зарабатываем. То же самое по газу: условно говоря, выше 500 долларов за 1000 кубов — нас это устроит. Хотя по газу для нас проще, потому что в России к ценам на бирже привязаны поставки только трубопроводного газа в Европу, по "Силе Сибири", например, мы продаём с нефтяной индексацией, поэтому там цены на биржах не важны. Закупки будет увеличивать и Турция для себя, потому что они раньше покупали газ у Ирана, а теперь Иран остановил экспорт и в Ирак, и в Турцию. Турция, скорее всего, компенсирует отсутствие иранского газа именно за счёт российского, потому что у нас "Голубой поток" недозагружен. Поэтому нам в общем-то все равно, сколько стоит газ на европейском рынке», — пояснил Игорь Юшков.

Иран сблизил РФ с Китаем

По словам эксперта, несмотря на негативные мировые последствия от отсутствия катарского газа, для России в этом больше плюсов, чем минусов.

«Стратегически, в общем-то, мы выигрываем, потому что Китай видит всю ненадёжность поставок с юга — нефти, газа, без разницы. Гораздо более надёжно получать углеводороды с севера, поэтому атака на Катар может подтолкнуть Китай к тому, чтобы он наконец подписал с нами соглашение по "Силе Сибири-2". В прошлом году были подписаны документы, которые обговаривали стадию строительства и все параметры газопровода. Теперь нужно подписать финальный итоговый документ, непосредственно коммерческий контракт именно на продажу газа. Нынешняя ситуация вполне может Китай подтолкнуть к этому», — резюмировал Юшков.