Спят по очереди. Что так пугает сокамерников в каннибале Кузикове

В марте 2026 года в психиатрической лечебнице закрытого типа по-прежнему содержится тот, чье имя когда-то заставляло Петербург цепенеть от ужаса.

В этом году петербургскому каннибалу Ильшату Кузикову исполнилось 65 лет. Большую часть жизни он провел в психиатрической лечебнице закрытого типа, став живым напоминанием о самом жутком кошмаре в криминальной истории северной столицы.

Страшная находка в мусорном баке

В 1990-х годах жители пятиэтажек на улице Орджоникидзе долгое время подозревали, что с их соседом что-то не так. Елена Ивановна, жившая в квартире напротив, с содроганием вспоминала, как после визита очередного гостя к Ильшату Кузикову, вся лестничная клетка оказывалась залитой кровью. Чтобы скрыть происходящее внутри, мужчина замуровал глазок на двери соседки, «чтобы мы не смотрели, не подсматривали», как позже пояснила женщина журналистам.

Несмотря на коллективные заявления жильцов, правоохранительные органы долгое время не видели в поведении Кузикова, стоявшего, между прочим, на учете у психиатра, состава преступления. Оперативники отмахивались от жалоб, называя происходящее за дверью квартиры № 22 «мелким хулиганством».

Тем временем в мусорных баках района начали находить свертки, содержимое которых шокировало даже опытных криминалистов. В ноябре 1992 года в подвале дома обнаружили фрагменты тела, а летом 1995-го в контейнерах нашли останки Михаила Бочкова и Эдуарда Василевского. Оператор Александр Бабич, работавший на месте находок, вспоминал, что части тел лежали на видном месте, перемешанные с бытовым мусором.

Засада под видом сантехника

Оперативники долго не могли попасть в квартиру подозреваемого. Чтобы выманить Кузикова, силовики разыграли спектакль: отправили к нему сантехника якобы для проверки протечки. План сработал, но рабочий, вышедший из квартиры, был в предобморочном состоянии. На полу в прихожей он разглядел завернутые в куртку отрезанные человеческие ноги.

Когда милиция ворвалась внутрь, реальность оказалась страшнее догадок. В кастрюлях остывал свежий суп, в банках мариновалось мясо с луком, а за окном на крюке сушился лоскут человеческой кожи. Хозяин квартиры, Ильшат Кузиков, встретил незваных гостей с обезоруживающей улыбкой.

Диета на сахаре и крови

Корни жестокости Кузикова уходили в детство. Он стал свидетелем того, как отец забил мать до смерти. Кузиков как-то признавался следователям, что в юности размозжил молотком домашнюю черепаху, хотя так и не смог пояснить, зачем это сделал. После армии Кузиков работал сварщиком, но вскоре, в 1982 году запил, получил диагноз «шизофрения» и инвалидность. Диагноз запер его в четырех стенах однушки на улице Орджоникидзе. Денег катастрофически не хватало, пенсию он пропивал за считанные дни.

В периоды нищеты его рацион состоял из сахара и пустой крупы. «Рис сварю с сахарным песком, и все», — так он описывал свою жизнь журналистам. Чтобы выжить, Кузиков проявлял пугающую практичность: сдавал квартиру в аренду, пока сам лежал в дурдоме, и пользовался всеми льготами. Но главной его страстью были собутыльники. В 1990 году в больнице он встретил Александра Печенкина. Спустя два года они встретились снова, и Печенкин стал первой жертвой. Кузиков ударил его ножом в шею прямо на кухне, пока тот спал, а затем разделал в ванной, распределив куски мяса для «первого, второго, соления и маринования».

Кошка-наводчица

Кузиков утверждал, что его кошка была его сообщницей и якобы «указывала» на будущих жертв. Животное тоже привыкло к специфическому рациону.

Однако, по словам очевидцев, однажды кошка отравилась печенью одной из жертв, страдавшей циррозом. Тогда хозяин съел питомицу «из жалости».

Вечный пациент

На допросах Кузиков вел себя как «любитель анекдотов», сохраняя, по описанию очевидцев, «милую улыбку». Когда в СИЗО «Кресты» сокамерники узнали про его пристрастия, они начали спать по очереди, опасаясь за свою жизнь. Сам же каннибал больше всего переживал из-за скудного тюремного пайка. Жалуясь на отсутствие посылок от тети, он сетовал: «Я здесь не наедаюсь».

В 1995 году Кузиков признался, что понимает тяжесть своего положения: «Людоедство... я же ел печень и сердце. Убийство-то ладно там... а теперь мне никогда не выбраться из дурдома».

Его пророчество сбылось. В марте 1997 года суд признал его невменяемым. Экспертиза установила, что тяга к поеданию себе подобных просыпалась в нем исключительно в состоянии алкогольного опьянения, но шизофрения сделала его социально опасным навсегда.

Вместо тюремного срока его отправили на принудительное лечение в спецпсихбольницу закрытого типа.

С тех пор Ильшат Кузиков находится под замком в специализированной лечебнице. Несмотря на то, что формально он не отбывает тюремный срок, медики в 2017 году подтвердили, что на свободу он не выйдет никогда. К началу 2026 года информации об его смерти не поступало, а значит, старейший людоед России продолжает встречать свою старость на казенных харчах.