Новосибирские правоохранители фиксируют рост подростковой преступности

Только в Новосибирске соцсети пестрят роликами, где подростки с замазанными лицами грабят магазины или вшестером избивают ровесницу, выдирая ей волосы. А некоторые идут дальше — устраивают диверсии на железной дороге и вместо обещанных денег получают годы за решёткой. Бесчинствовали раньше — бесчинствуют и сейчас? Или такой криминал среди несовершеннолетних — новое явление? И главное — почему в головах молодёжи вдруг проснулись девяностые?

В девяностые, если молодёжь выходила на улицу с битой, за этим стоял бизнес, война или защита своей территории. Большая страна развалилась: работы нет, кормить семью нечем. Выживали как могли. За «беспределом» стояла нужда или криминальные понятия.

А сегодня? Сегодня на улицы выходят дети сытые, обутые, с телефонами последних моделей. Им не нужно искать средства к существованию. Им нужна забава: похулиганить, избить прохожего или нарисовать закорючку на стене.

Разруха девяностых ушла. Вместо пустырей — стекло, бетон и яркие огни. Но беспредел никуда не делся. Он просто переехал в новую реальность.

Жертвой этого нового мира стала 14-летняя Марьям. Из-за своих пышных волос до пояса. Пришла с семьёй в торговый центр на фудкорт. Мама с младшим братом спустились на этаж ниже в магазин. Марьям отправилась в туалет и услышала: «Сколько можно выручить за твою шевелюру?». Её окликнула компания ровесниц. Затем взяли в кольцо и в ход пошли уже не дерзости, а кулаки.

«Я не помню, как оказалась на полу. Одна из девочек взяла за волосы, повалила, и они вместе начали меня бить. Пинали, за волосы таскали, били по голове — очень тяжёлые удары приходили», — рассказывает пострадавшая.

И на этом не закончили. Компания кружила за Марьям по всему этажу, прирастая новыми участниками. Девочку снова повалили, но теперь не в углу, а на виду у всех. Снимали происходящее сами. Даже «оператор» был в шоке от жестокости.

С мамой Марьям встретилась уже после побоев. Увиденное поразило.

«Дочь приходит вся в слезах, половины волос нет, на шее кровь и гематомы по всему телу, — делится мама Марьям. — Я спросила: „Что с тобой?", а она не может слова сказать, просто стоит и плачет».

В больнице диагностировали закрытую черепно-мозговую травму и ушибы грудной клетки. Больничный растянулся на месяц. От роскошных волос осталась едва ли половина. Сейчас родители девочки судятся с обидчиками. Их привлекли к уголовной ответственности по статье «хулиганство, совершённое группой лиц». 

Городские соцсети сегодня наводняют видео, где подростки штурмуют магазины, цепляются за общественный транспорт. Час пик. Переполненный трамвай трогается с остановки — на вагоне висит целая группа зацеперов. Та же компания гурьбой выходит на рельсы, останавливает движение, в ответ на попытки прогнать хором грубит.

«Вчера эту компашку встретила возле дома. Приставали, нецензурно разговаривали», — делится одна из горожанок.

«Один возле дверей стоит, отвлекает. Другой начинает творить что попало. Проходят в служебное помещение. Когда я стала угрожать, что вызову полицию, немного засуетились, с витрины что-то схватили и убежали», — рассказывает продавец зоомагазина.

Схватить и убежать для этой компании — как увлекательный аттракцион. В порыве азарта под руку попадает даже то, что точно не пригодится. В зоомагазине подростки распихали по карманам собачьи консервы. Хулиганство, погромы, кражи — дорожка вседозволенности довела группировку и до явного грабежа.

«Один мальчик остался в клиентской зоне. Я не думала, что он сможет сюда попасть. В итоге он залез на стойку, начал раскидывать всё. Я даже подумать не могла, что они хотят что-то украсть. Думала, просто хулиганят», — рассказывает продавец.

Всех участников полиция нашла — им от 10 до 13 лет. Инспекторы по делам несовершеннолетних пообщались с семьями нарушителей. Похождения этой группировки по левому берегу прекратились.

Подростки с их желанием бунтовать сегодня сами не понимают, что становятся потенциальными жертвами. В колониях сегодня находятся несовершеннолетние, которые выполняли диверсии, получая задания через мессенджеры.

Игорь мечтал поступить в институт, добиться успеха. Сегодня его жизнь определяет не расписание пар в вузе, а строгий тюремный распорядок. Вместо студенческой свободы — конвой и решётки на окнах. Вместо гаджетов — казённая тумбочка с кроватью.

«Подъём в шесть, завтрак в семь, далее работа с восьми часов до семи сорока пяти», — рассказывает осуждённый Игорь.

В первом следственном изоляторе он работает автомехаником. Отбывает семь лет по статье «диверсия». В составе преступной группы по заданию иностранных кураторов поджигал релейные шкафы на железной дороге, вышки сотовой связи. Но уголовное дело возглавляет эпизод с поджогом фронтового бомбардировщика Су-24 на территории Чкаловского авиазавода. Это видео вместе с подельниками сняли для отчёта о выполнении задания.

«А ваша роль в поджигании самолёта какая была? Я вообще не участвовал. Единственное — увидел сообщение и показал его другу», — пытается оправдаться Игорь.

Но суд пришёл к другому выводу. Игорь и его подельники за выполненные задания вместо обещанных кураторами денег получили 26 лет колонии на четверых. Сегодняшняя уголовная практика не предполагает условного наказания за терроризм. Только реальный и большой срок.

По данным ГУФСИН по Новосибирской области, более 30 человек задержаны или уже отбывают наказание по статье «диверсия», большая часть из них — несовершеннолетние.

«Выводы какие сделали? Больше так никогда в жизни не делать, не нарушать закон, не верить тому, что пишут в интернете, не поддаваться обманам и провокациям», — признаётся Игорь.

Говорить такое на скамье подсудимых — поздно. Остановиться вовремя не получилось не только у Игоря. На недавней коллегии МВД президент Владимир Путин заявил: впервые за долгие годы зафиксирован рост подростковой преступности. Доля тяжких и особо тяжких преступлений превысила 40%. Детям кураторы внушают: вы несовершеннолетние — вас не посадят. И многие верят. Пока не оказываются за колючей проволокой.

«Механизм вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность развивается буквально моментально», — отмечает юрист Денис Садовский.

Почему подростки идут на это? Пубертатный возраст — время, когда ещё нет полной ответственности, но есть безудержная тяга к риску, желание доказать, что способен на всё. В здоровых условиях идут в спорт, творчество. Но если внутри пусто — хулиганство становится способом почувствовать себя живым. А чувства к тем, кому причинён вред, не существует. Подросток не думает о последствиях.

«Основные механизмы, которые запущены в подростковом возрасте, нисколько не поменялись. Это по-прежнему агрессия, саботаж, бунтарство и желание выделиться», — поясняет клинический психолог Екатерина Сизикова.

Проблема не в том, что подростки вдруг озверели. Проблема в том, что взрослые перестали воспитывать. Проще оставить ребёнка с гаджетом наедине и не заниматься его моральным развитием. Не объяснять ему, что такое хорошо, а что такое плохо.

«Мы заигрались в толерантность, в этот хэштег #онижедети. Эти дети способны на преступления, от которых кровь стынет в жилах. Общество должно выстраивать определённые препоны этому», — считает радиоведущий, философ и журналист Пётр Уваров.

Альтернатива, говорят эксперты, — спорт, творчество, секции, где подросток может выплеснуть энергию и почувствовать себя значимым. Помочь могут даже простые разговоры по душам — без нотаций и криков. Для детей взрослые по большей части остаются моральным авторитетом. Главное — чтобы сами взрослые об этом не забывали и оказывались рядом в тот самый момент, когда ещё можно что-то изменить.