Медведю услуга. В Волоколамске плодятся редкие животные: даже росомахи!

«На островах Дальнего Востока осталось всего 200 особей рыбного филина. Не дай бог случится какая-то катастрофаи этих уникальных птиц не будет вовсе! Поэтому мы сработали на опережение: привезли птенцов, вырастили и уже создали две пары. Такого в мире ещё не было», — рассказывает завсектором экологического просвещения Центра воспроизводства редких видов животных Московского зоопарка Татьяна Рожкова. На экскурсию туда, где фауну спасают от вымирания, отправились корреспонденты «АиФ».

Звери-пенсионеры и не только

«Закройте глаза, постойте. Что вы слышите?» — шепчет на входе Татьяна. Слева голосят птицы, справа кто-то громко сопит — похоже, медведь. Вдалеке слышится рычание львов... Звучит эта «симфония» в подмосковном Волоколамске, где и располагается зоопитомник столичного зоопарка.

«В 1990-х Владимир Спицин, который тогда был директором Московского зоопарка, пошутил: "У всех есть дача, а у наших питомцев нет". Так и выделили под филиал этот участок земли», — продолжает Татьяна Рожкова. С помощью экскаваторов равнинный участок превратили в холмистый, выкопали пруды. И теперь здесь живут и размножаются десятки видов животных, собранных со всего мира.

Отличается зоосад и просторными вольерами, и особым контактом с фауной. Погладить, конечно, никого нельзя, но увидеть жирафа или медведя на расстоянии вытянутой руки, рассмотреть каждую шерстинку можно. Животные здесь не пресыщены вниманием посетителей, поэтому реагируют на каждого гостя. Им интересно наблюдать за людьми, слушать их голоса.

«У нас есть белая медведица Симона. Родилась в петербургском зоопарке, в годик переехала в Москву. Родила 15 малышей и сейчас живёт здесь на пенсии, — рассказывает экскурсовод Кристина Морозова. — В среднем медведи в природе живут 10 лет, а Симоне уже 32. Почти все животные в центре живут дольше, чем им отведено. Потому что они, с одной стороны, в безопасности, а с другой — мы не нарушаем их природные ритмы».

В центр питомцы переезжают не только на пенсию. В основном коллекция пополняется за счёт межзоопаркового обмена. Некоторых представителей фауны отлавливают в дикой природе, чтобы спасти от вымирания, — как того же рыбного филина. «Специалисты проверяли гнёзда. Если было два птенца и больше, одного забирали — самого слабого, который в природе почти наверняка бы погиб», — объясняет Татьяна Рожкова.

Кошкин дом

Есть в зоосаде и питомцы, которых спасли — от браконьеров и людей, которые держали диких животных дома, в непригодных для этого условиях. Тигрица Фемида попала в центр из обычной квартиры, будучи уже слепой. Врачи частично смогли восстановить ей зрение. Фемида всегда подходит к людям, фыркает и трётся о клетку. Она человекоориентированная и не может взаимодействовать с сородичами, поэтому живёт в отдельном вольере. Спасли сотрудники центра и леопарда Николая. Этих редких хищников на планете осталось около 130 особей. Он родился в Приморском крае, в национальном парке «Земля леопарда». Тогда котёнка звали Лео80М, где Лео — вид, 80 — порядковый номер, М — пол). Он попал в капкан, от которых в то время ещё не до конца удалось очистить территорию заповедника, и лапа была травмирована настолько, что часть её ветеринарам пришлось ампутировать. Николай больше не мог охотиться и защищать территорию, поэтому его перевезли в Москву. В Центре воспроизводства он встретил самку Акру, и они подарили миру новых котят-леопардов.

Росомахи и белоплечий орлан требуют особого подхода

Центр воспроизводства стал первым в России, где смогли размножить росомах. А всё потому, что беременность у них протекает особенно.

«Когда самка беременеет, плод может развиваться либо "встать на паузу". Всё зависит от условий: если маму они не устраивают, то плод просто рассасывается. Мы почти 10 лет искали "ключик". Поняли, что росомахам некомфортно, когда мы смотрим на них. Тогда стали строить для них домики, которые уходят под землю на 1,5 метра. Мы трижды перестраивали эти домики, пока росомахи не начали чувствовать себя достаточно безопасно», — рассказывает Кристина Морозова.

В зоосаде много редких птиц: розовые пеликаны, дрофы, есть и белоплечий орлан по кличке Куколка. «У орнитологов самая опасная работа, — говорит экскурсовод. — Если зверей при чистке клетки или кормёжке перегоняют в другие вольеры, то птиц невозможно временно переселить. Чтобы обслужить того же орлана, нужны шлем, перчатки и щит. Просто так к нему зайти нельзя, может и убить».

Из Москвы на автобусе: от ж/д станции Тушинская до посёлка Сычёво. Далее можно проехать на такси. На электричке: от Рижской до станции Чисмена, далее автобусом № 24 до Сычёво. На машине: 100 километров по Новорижскому шоссе. Вход на экскурсии по билетам. Касса работает с 10.00 до 16.00.