Подземная крепость. Московское метро помогло отстоять столицу осенью 1941 г.

«Вторым городом стало метро во время Битвы за Москву, – рассказывает главный специалист Центра профессионального развития молодёжи «Московского транспорта» Александр Максимов. – Десятки тысяч человек укрывались там от немецких бомб. На базе метро были развёрнуты военные заводы и пункты ПВО». В честь 85-летия одного из самых мас­штабных и кровопролитных сражений Великой Отечественной войны эксперт рассказал «АиФ», какую роль в обороне города сыграла подземка.

***

16 октября 1941 года – тот единственный день в истории, когда московское метро утром не открылось. К городу приближался враг, и накануне вечером нарком путей сообщения Каганович приказал закрыть подземку, демонтировать вагоны и подготовить станции к затоплению и взрыву, чтобы они не достались немцам. Но уже к обеду 16 октября Сталин отменил приказ, и к вечеру поезда снова пошли.

В ожесточённом противостоянии, не стихавшем 203 дня и ночи, с обеих сторон участвовало более 7 миллионов человек. В октябре-ноябре 1941 года, когда враг стоял на самом пороге столицы, жизнь города разделилась на два фронта: один гремел на подступах к Можайску и Волоколамску, а второй – тихо, но мужественно держал оборону глубоко под землёй.

В мастерских электродепо «Сокол» круглосуточно изготавливали оборонную технику: корпуса для снарядов «Катюш», ручные гранаты. А сразу после окончания Битвы за Москву из депо «Северное» на фронт отправился бронепоезд «Московский метрополитен», построенный на деньги работников метрополитена.

На «Кропоткинской» (тогда «Дворец Советов») разместился Штаб партизанского движения и Главный штаб ПВО. А соседняя «Кировская» (сейчас «Чистые пруды») была полностью закрыта для пассажиров – поезда проезжали её без остановки, потому что прямо на платформе находились Ставка Верховного Главнокомандования и личный рабочий кабинет Сталина. Платформу от путей отгородили высокой глухой стеной.

Во время авианалётов в метро укрывались до 500 тысяч человек за ночь. Прямо на платформах и в вагонах спали люди (для детей ставили деревянные нары на путях). На станциях работали библиотеки (выдано более 400 тысяч книг), парикмахерские, медицинские пункты и филиалы магазинов, где продавали молоко и белый хлеб по карточкам. 217 детей родились в метро за время ВОВ.

Самые первые станции метро строились мелким заложением (например, «Сокольники»), и тяжёлая авиабомба могла их пробить. Чтобы этого не случилось, прямо над станциями, на поверхности улиц, насыпали мощные слои песка и укладывали толстые железобетонные плиты. Наземные вестибюли красили в защитные цвета и маскировали под обычные жилые дома.

6 ноября 1941 года на станции «Маяковская» состоялось заседание Моссовета в честь 24-й годовщины Октябрьской революции. На платформе установили кресла, трибуну и праздничный президиум. Сталин зачитал доклад, который транслировался по радио на всю страну. Зрительный зал вместил 2000 человек, а праздничный фуршет раздавали прямо из вагонов поездов.

Даже в самые критические дни зимы 1941–1942 годов, когда враг стоял под Москвой, сооружение новых линий метро не останавливалось. Метростроевцы продолжали вручную пробивать тоннели будущей Замоскво­рецкой линии. Благодаря этому труду уже в январе 1943 года были открыты новые станции, включая «Новокузнецкую» и «Павелецкую». А смальтовые мозаики для станции «Автозаводская» (тогда «Завод имени Сталина») знаменитый мастер Владимир Фролов собирал зимой 1941–1942 годов в неотапливаемой мастерской в блокадном Ленинграде. Художник умер от голода, но его работы успели вывезти в Москву по Дороге жизни.

Из-за ударов немецкой авиации существовал риск затопления подземки. Под угрозой оказывались станции, где находились люди, например «Белорусская» и «Охотный Ряд». Чтобы защитить убежище, метростроевцы возводили заграждения из мешков с песком и устанавливали дополнительные насосы. Так они сохраняли жизнь тем, кто пережидал налёты на платформах.

Прямо в кассовых залах и вестибюлях некоторых станций были развёрнуты оперативные посты ВНОС (Воздушного наблюдения, оповещения и связи) и зенитно-пулемётные расчёты. Дежурные принимали данные со сверхсекретных радаров РУС-2, стоявших в Подмосковье, и по спецсвязи давали команды расчётам зенитных орудий, расположенных на крышах ближайших московских зданий (включая гостиницу «Москва» и Большой театр).