Куда и зачем? Пенсионные накопления «конвертируют» в ПДС - что нужно знать
2 ноября правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила подготовленный Минфином законопроект об автоматическом переводе пенсионных накоплений в программу долгосрочных сбережений (ПДС). Конвертация должна начаться 1 апреля 2027 года, в Госдуму документ планируют внести в ноябре. Под реформу попадут около 6,6 трлн рублей и примерно 71 млн человек: 2,98 трлн рублей 36,5 млн «молчунов», которыми как государственная управляющая компания распоряжается ВЭБ. РФ, и 3,6 трлн рублей 34,4 млн клиентов 24 негосударственных пенсионных фондов (НПФ).
В чем суть
Клиенты НПФ перейдут в ПДС внутри своих фондов. Для «молчунов» создается единый мега-фонд с обязательным государственным участием: по предварительным данным, три четверти в нем получит ВЭБ. РФ, также могут войти НПФ «Благосостояние», «Газфонд пенсионные накопления» и «ВТБ Пенсионный фонд». Новых договоров никто подписывать не будет, новые правоотношения возникнут в силу закона. В имеющейся на сегодня редакции механизма отказа вроде бы нет. Однако это окончательно станет ясно только ко второму чтению законопроекта в Думе, а он еще не прошел первое. В любом случае, вернуться из ПДС в систему обязательного пенсионного страхования (ОПС) будет невозможно.
Прежде чем пугаться и кричать «Пенсионные накопления отберут, все пропало!», надо признать очевидное: накопительной пенсии в России не существует с 2014 года. То есть на бумаге, юридически она жива, экономически — нет. Когда-то на нее шли 6% заработка всех граждан 1967 года рождения и моложе; однако после введения моратория эти деньги направляются в страховую часть и тратятся на выплаты нынешним пенсионерам. С тех пор система ничего не накапливает, она лишь инвестирует остатки взносов 2002–2013 годов.
Правда, остатки эти существенно выросли. В том числе под управлением ВЭБа. Но превращаются эти деньги в смешную пенсию: при ожидаемом периоде выплаты 270 месяцев, установленном на 2026 год, прибавка составит пару-тройку тысяч рублей в месяц. Это в лучшем случае. У большинства счета скромнее, и значительная часть получателей вместо пожизненной пенсии получает единовременную выплату.
Так что система уже, мягко говоря, не очень-то работает (как действительно накопительная), посему хуже точно не будет, не надо паники. Социальный фонд ведет сейчас более 70 млн индивидуальных счетов ради продукта, который не пополняется. И «снижение нагрузки на СФР» — это мощный аргумент как раз в пользу конвертации. Ведь многие «молчуны» (которые никак не участвуют в управлении своими «пенсионными накоплениями») даже об их наличии и не подозревают. И, скажем, для самого ВЭБа главный риск — массовый отток: любой «молчун» может, «проснувшись», написать заявление и уйти в НПФ, и если это станет массовым, госкорпорация лишится крупнейшего пенсионного портфеля в стране. А ведь эти деньги — они как бы ваши, но не совсем: эти средства числятся в публично-правовой системе обязательной пенсионной системы (ОПС), распоряжаться ими вам нельзя, а условия выплаты меняются законом. По сути, они государственные.
Нельзя конфисковать то, что и так не совсем ваше
Поэтому сразу же опровергнем панические слухи о «конфискации»: нельзя конфисковать то, что и так не совсем (мягко говоря) ваше. Более того, если читать законопроект буквально, он делает обратное: переводит деньги из публично-правового режима в договорный. ПДС — это счет в НПФ, права по которому принадлежат участнику. Обратиться за выплатами можно после 15 лет участия либо по достижении 55 лет женщинами и 60 лет мужчинами; досрочно — при дорогостоящем лечении или потере кормильца; средства наследуются, пока не назначена пожизненная выплата. Минфин обещает гарантию сохранности до 2,8 млн рублей, а переведенные накопления, по словам юристов, защищены полностью, вне этого лимита, с пятилетним периодом гарантии безубыточности. Так что, скорее всего, граждане ничего не почувствуют.
Если уж говорить о «конфискации» (хотя и тут юридически это неверно), то решающая перемена правил случилась в 2014 году, когда государство перестало зачислять 6% зарплаты на личные счета и направило их в общий котел. Нынешняя реформа — никакое не изъятие, а принудительная смена контрагента и правового режима. При этом человек не выбирает фонд: «молчуна» автоматически определяют в структуру ВЭБа, клиента НПФ — в его нынешний фонд. Отказаться, судя по всему, нельзя, вернуться — тоже. СФР как гарант пожизненной выплаты исчезает из этой цепочки: отношения по поводу этих денег будут у вас уже не с государством, а с фондом. Минфин, кстати, обещает налоговый вычет и государственное софинансирование до 36 тыс. рублей в год. Правда, эти льготы будут привязаны только к новым личным взносам: переведенные накопления в базу для софинансирования не входят и права на вычет сами по себе не дают.
Что с доходностью
ВЭБ в последнее время, кстати, повысил эффективность управления накоплениями. За 2025 год портфель ВЭБа принес 18,06% при инфляции 5,59%, а средневзвешенная доходность НПФ по пенсионным накоплениям, по данным ЦБ, составила лишь около 14%. Год к году на конец сентября 2026 года ВЭБ показал уже 13,54%, тогда как НПФ за первое полугодие — 9,5% в годовом выражении. Правда, на длинной дистанции картина скромнее: по некоторым подсчетам, среднегодовая реальная доходность расширенного портфеля ВЭБа за 10 лет составила 2,58%. Рынок НПФ выглядит не лучше: в 2022 году фонды заработали 5,1% при инфляции 12%.
Новая конструкция не изменит системы управления деньгами. Деньги «молчунов» остаются в периметре ВЭБа, к ним добавляются фонды госкомпаний. Но важное улучшение будет в том, что все это перейдет под надзор Банка России с его стресс-тестами, требованиями к капиталу и раскрытию информации. Прогнозируемую доходность вам пока никто при этом не назовет, это же не банковский депозит. Гарантируется сохранность номинальной суммы с зафиксированным доходом, а не результат выше инфляции.
Тезис о том, что теперь у государства появятся «длинные деньги» для нужных инвестиций, и, мол, ради этого все затевается, — не совсем верен. Никаких новых денег реформа не создаст: 6,6 трлн рублей и так уже инвестированы, и никуда в ближайшие десятилетия не денутся. Они не станут «длиннее», но они станут управляемее. Сейчас «молчун» в любой момент может унести свою долю из ВЭБа; а вот после конвертации денежный пул консолидируется в фонде с контрольным пакетом госкорпорации, чьи инвестиционные приоритеты определяются не портфельной теорией, а соответствующими госпрограммами. Для Минфина -это гарантированный спрос на ОФЗ в период хронического дефицита: при размещении новых выпусков покупки фонда напрямую финансируют бюджет. Сможет ли государство гасить бюджетный дефицит пенсионными деньгами? Если коротко, то да.
Остаются вопросы
Скажем, кто будет отвечать за пятилетнюю гарантию безубыточности, если доходность окажется отрицательной?
В любом случае, сейчас паниковать незачем: до принятия закона ничего не меняется, а номинал накоплений защищен и сейчас, и будет защищен после конвертации. Но несколько шагов все же разумно сделать заранее. Во-первых, проверьте выписку на «Госуслугах» (раздел «Пенсии и пособия» — выписка из лицевого счета в СФР): сумма, страховщик, управляющая компания. Многие даже удивятся — и тому, что накопления у них есть, и их размеру. Во-вторых, если вам уже от 55 лет (женщинам) или 60 лет (мужчинам), вы уже сейчас можете обратиться в СФР за выплатой накоплений по правилам ОПС — пожизненной или, при небольшой сумме, единовременной. В-третьих, если вы не хотите оказаться в фонде ВЭБа, единственный надежный способ — самостоятельно заключить договор ПДС с выбранным вами НПФ и перевести туда накопления уже сейчас.
Но прежде запросите в СФР расчет: при досрочном переходе, раньше пятилетнего срока, теряется инвестиционный доход за текущий период, а у накоплений «молчунов» за годы его набралось немало. Ради выбора фонда жертвовать сотнями тысяч рублей дохода вряд ли разумно. В-четвертых, подайте заявление о распределении накоплений наследникам. Это полезно при любом исходе реформы. Также игнорируйте всякие предложения оформить «заявление об отказе от автоперевода»: такого механизма в законе нет, и этим уже пользуются мошенники. За возможностью отказа следует следить при прохождении законопроекта через Думу, когда он туда поступит.